

Наступил четверг. Вы с нетерпением взяли в руки свежий, пахнущий типографской краской номер любимой газеты, чтобы узнать что-то новое. А знаете ли вы, что ровно 90 лет назад начался новый период в истории нашей Церкви? Началась история новомучеников. 7 февраля, точнее, 25 января по тогдашнему стилю, 1918 года у стен Киево-Печерской Лавры был убит митрополит Владимир. Это имя начинает трагический, не прочитанный еще до конца список жертв большевистского террора.
1 января 1848 г. в семье священника с. Малые Морошки на Тамбовщине Никифора Богоявленского родился сын. Дали ему имя Василий. Учился в Тамбове, сначала в духовном училище, потом в семинарии. Потом поступил в Киевскую духовную академию. Думал ли юноша тогда, что этот город, который открыл ему дорогу во взрослую жизнь, станет и вратами в Небесное Царство?
В 1874 году кандидатом богословия возвращается он в Тамбов и начинает преподавать в родной семинарии и женской гимназии литургику, гомилетику (теорию церковной проповеди), Священное Писание, немецкий язык, географию. Не всякий нынешний университет может похвастаться тем, что дает такое широкое образование. Через семь лет его рукополагают и он и служит в г. Козлове (ныне Мичуринск). Но в 1886 году умирают жена и единственный ребенок. Василий Богоявленский принимает монашеский постриг и становится архимандритом Владимиром. Следуют два года настоятельства в монастырях Тамбова и Новгорода. В 1888 году он уже викарий (епископ, помогающий другому архиерею) в Старой Русе Новгородской епархии.
Всего полтора года (январь 1891- октябрь 1892) епископ Владимир служит в Самаре. Но как много сделано и как много пережито за это время. Устраивает внебогослужебные беседы, организует просветительское братство, создает женские церковные школы. Всероссийская известность приходит к архипастырю, когда в Поволжье начинается голод, а следом и эпидемия холеры. Он устраивает бесплатные столовые для голодающих, служит в холерных бараках, на площадях и на кладбищах, где похоронены жертвы эпидемии. Следующие 6 лет в сане архиепископа Владимир служит экзархом в Грузии. И тут его деятельная натура приносит плоды. Он много ездит по епархиям, по отдаленным горным селениям, проповедует, борется с холерой, просвещает. Один лишь пример. В его Бакинской воскресной школе обучалось 300 ребятишек, среди них мусульмане, иудеи, протестанты, армяне, дети сектантов и старообрядцев.
С 1898 года митрополит Владимир назначается на Московскую кафедру. Тут он продолжает свою просветительскую деятельность, борется с народным пьянством, поддерживает благотворительность великой княгини и будущей преподобномученицы Елисаветы Феодоровны.
С конце 1912 года - митрополит Санкт-Петербургский и первенствующий член Святейшего Синода. Но недолго его архиерейство в столице, ровно 3 года. За активные выступления против Распутина, покровители “старца” добиваются перевода святителя в Киев. Иначе как почетной ссылкой это не назовешь. В 1917 году Владимиру предложили возглавить независимую Украинскую церковь. Владыка не пошел на поводу у самостийщиков, чем нажил немало врагов даже в стенах Печерской Лавры. Они-то и спровоцировали его арест большевиками, когда те заняли Киев. Вечером 23 января (по ст.ст) была взята Лавра. Насилия татар, разоривших Киев в 1240 году, бледнеют перед кощунством и жестокостью победившего пролетариата. В шапках, с папиросами в зубах, с матерщиной врывались они в храмы, грабили, стегали нагайками монахов, заставляли стариков раздеваться и обыскивали их.
25-го вечером вооруженные солдаты ворвались в келью митрополита. Набросились на беззащитного старца. Владыку пытали, душили цепочкой от креста, глумились над ним. Вывели его за стены Лавры и расстреляли. Перед смертью архипастырь совершил молитву, благословил своих убийц и сказал: “Господь вас да простит”. Найденное братией его тело было изувечено множеством колотых и огнестрельных ран. Ближайшее воскресенье после 7 февраля (25 января по ст.ст.), дня памяти первомученика ХХ века, посвящается всем новомученикам и исповедникам российским. Обязательно в этот день надо прийти в храм. Ведь практически у каждого из нас в роду есть пострадавшие за веру. Даже если мы и не знаем их имен.
"Литовский курьер" №6 (676)
Войти