Сайт Православного Братства Литвы

Подробности

Борис и Глеб

Автор: Петр Фокин || Создано 04.05.2010 || Категория: Петр Фокин

6 августа (24 июля по ст. ст.) – день мучеников благоверных князей Бориса и Глеба (1015г.). Во многом они были первыми. Принадлежали к первому поколению, не знавшему язычества. Их первых причислили к лику святых, в 1072 г. Ольга и Владимир были канонизированы значительно позже. Первыми пострадали уже в христианской Руси. Борису и Глебу посвящено первое оригинальное древнерусское художественное произведение «Сказание о Борисе и Глебе», которым зачитывалось не одно поколение. До этого все, что читали на Руси, – переводная греческая и болгарская словесность.

Младшие из 12-ти сыновей святого Владимира носили, как тогда было принято, два имени - славянское и христианское. Борис-Роман и Глеб-Давид. У литовцев, например, эта традиция сохранилась до сих пор. Матерью их была, вероятно, греческая царевна Анна, последняя жена Владимира, хотя летопись называет некую болгарыню, т.е. болгарку. Оба мальчика воспитаны были в христианском духе – примерами для подражания были родители и герои книг. Борис, он был постарше, любил читать Евангелие, жития святых (да другой литературы и не было). А маленький Глеб с удовольствием слушал о подвигах раннехристианских мучеников.

Владимир каждому из сыновей дал отдельный удел. Так Борису достался Ростов, а Глебу Муром. Отец хотел сделать своим преемником Бориса. Но не сложилось. Когда в 1015 году великий князь скоропостижно скончался, Борис был в походе против печенегов. А власть захватил пасынок Владимира Святополк, прозванный Окаянным. Боясь конкуренции, он посылает своих людей убить законного претендента на престол. В это время Борис с дружиной был на реке Альте. Когда узнали о смерти Владимира, дружина предложила молодому князю пойти в Киев и захватить власть. Но Борис отказался. Больее того, он распустил свою дружину, оставшись с небольшим отрядом. Хотя и догадывался, что Окаянный в живых его не оставит. Так оно и произошло.

Нет, Борис не был рохлей и трусом. Он был опытным и смелым воином. Просто герои прочитанных в детстве книг подсказали ему выход из создавшейся ситуации, да еще очень хотелось избежать кровопролитной междоусобицы, хотя бы ценой собственной жизни. Подосланные Святополком убийцы ждали, пока князь закончит молитву. Ворвались к нему в шатер, пронзили копьями. Это было в ночь на 6 августа (24 июля) 1015 г. Еще живого повезли в Киев. Добили по дороге по приказу Окаянного. Тайно похоронили в Вышгороде, в княжеской резиденции под Киевом.

Следующей жертвой узурпатора стал совсем еще юный Глеб. Ему уже рассказали и о смерти отца, и о смерти брата. Но все-таки поехал по вызову Святополка, зная, что его ждет. Плыл в лодке по реке Смядыни под Смоленском и думал о брате: «Если ты получишь дерзновение у Бога, помолись обо мне, чтобы и я принял ту же смерть. Лучше мне было бы с тобою умереть, чем жить в этом обманчивом свете!». Убили его прямо в лодке и бросили тело в лесу. Нашли тело через несколько лет, когда утихла распря и в Киеве сел Ярослав Мудрый. Местные жители подсказали это место – много раз слышали они оттуда ангельское пение и видели дивное и таинственное сияние. Тело Глеба осталось не тронутым ни зверями, ни тлением. Похоронили братьев вместе в церкви св. Василия. Когда сгорел этот деревянный храм, нашли нетленные мощи князей, это было 15 мая 1072 года.

Много чудес произошло от мощей князей-мучеников – люди излечивались, прозревали слепые. И не только около мощей. В связи с этими чудесами решено было канонизировать братьев. Не сразу согласились на это в Константинополе (молодая Русская Церковь подчинялась греческому патриарху). Слишком юна еще была христианская Русь.

Попытка страстотерпцев ценой жизни остановить распрю междоусобицы - это своего рода повторение крестного подвига Христа. Потому-то для нас Борис и Глеб – не жертвы политических интриг, как пытаются трактовать светские историки, а христианские мученики.

Много раз в самые сложные для страны моменты помогали воины-мученики своим сродникам. Так в 1240 году накануне Невской битвы пришли они на помощь Александру Ярославичу и оказали, как бы мы сказали сейчас, моральную поддержку. Покровителями воинов и монархов были Борис и Глеб.

"Литовский курьер" №32 (754)