

А знаете ли вы, дорогой читатель, что в этот вторник, 14 сентября, или по новому стилю 1-го, начинается новый 7518-й год от сотворения мира? До начала XVIII века, когда Петр I ввел европейский календарь, летосчисление на Руси велось от сотворения мира, и год начинался 1 сентября. Но сегодня речь пойдет не об истории календаря, а о Симеоне Столпнике, день памяти которого выпадает как раз на самый Старый Новый год.
Существует (по крайней мере, мне известно) два жития святого. Одно написано вскоре после его смерти учеником Симеона Антонием, а может быть, только приписывается ему – за давностью лет установить истину очень сложно. Другое принадлежит перу святителя Димитрия Ростовского, который в XVIII веке составил монументальный сборник житий святых, четьи минеи. Попытаюсь, используя эти и другие источники, рассказать вам о преподобном Симеоне.
Он родился в середине IV века на Ближнем Востоке в Антиохии Сирийской в бедной семье. С детства пас овец. Это занятие располагает к отвлеченным размышлениям, и немудрено, что в ранних лет Симеон стал мечтать о религиозном подвижничестве. В юности он уходит в монастырь, где поражает братию аскетизмом: носит вериги, ест один раз в неделю. Через три года он покидает обитель и удаляется в пустыню.
Здесь он становится зачинателем новой разновидности подвижничества – столпничества. Вот как рассказывает об этом парамонарий Антоний: «…там складывает себе из камней малое подножие и стоит на нем четыре года в снег, в дождь и в зной, и толпы народа стекались к нему. Едой его была моченая чечевица, а питьем — вода. Потом он воздвиг себе столп в четыре локтя (локоть – ок. 46 см. – П.Ф.) и простоял на нем семь лет; и повсюду прошла молва о нем. После этого люди складывают святому Симеону две ограды из камней, с дверкой во внутренней ограде, и столп в тридцать локтей; он простоял на этом столпе пятнадцать лет, уврачевав многих — ведь немало бесноватых приходило туда и исцелялось. … Святому снова переменили столп и сделали высотой в сорок локтей, и слава о нем разнеслась по всей вселенной».
В общей сложности он провел на столпе (башне с площадкой, где нельзя ни лечь, ни присесть, ни облокотиться) сорок семь лет. Ограды, которые складывали почитатели Симеона, назывались по-гречески мандрами, а самого подвижника стали звать архимандритом. Сейчас это слово означает высший священнический чин у монахов. Оно соответствует чину митрофорного протоиерея у белого духовенства.
Множество чудес исцелений описывают жития Симеона столпника. Он лечит своей молитвой не только людей, но и животных. И исцеления эти не только физических немощей, но и духовных. Так опасный разбойник Антиох, спасаясь от преследования, вбежал в симеонову ограду, преследователи не осмелились войти туда. Оказавшись в святом месте, разбойник уверовал, стал оплакивать свои грехи и умер прямо у столпа. На ум сразу же приходит аналогия с евангельским разбойником, распятым вместе с Иисусом, которому Христос сказал: «Сегодня же будешь со Мною в раю».
Вот еще один фрагмент из антониева жития: «Святой Симеон подражал своему учителю Христу и, призывая его, заставлял хромых ходить, очищал прокаженных, косноязычным возвращал речь, расслабленным — силу бегать, страдающим многолетними недугами возвращал здоровье, увещевая и наставляя каждого: "Если кто-нибудь спросит: „Кто тебя исцелил?", отвечай: „Бог меня исцелил". Не вздумай говорить: „Симеон исцелил", потому что тогда снова вернется к тебе та же болезнь.»
Духовный авторитет Симеона был так велик, что ему удалось вернуть в православие царицу Евдокию, впавшую в монофизитство. Монофизиты считали, что у Христа есть не две природы, божественная и человеческая, а только одна – божественная. А император Маркиан, переодевшись простолюдином, часто посещал столпника и советовался с ним. По инициативе Симеона он созвал IV Вселенский собор, который осудил монофизитскую ересь.
Основоположник столпничества прожил более 100 лет и умер во время молитвы 1 сентября 459 года. У него было много последователей, в том числе и в России. Наиболее известны Никита Переславский и Серафим Саровский, который 1000 суток провел в молитве на камне.
Нередко кто-нибудь, почитав жития святых, впадает в крайнее недоумение. Зачем, мол, так нещадно умерщвлять свою плоть. Объяснения о том, что подвижники видят в этом путь к спасению и приближению ко Христу, обычно остаются пустым звуком. Попытаюсь «оправдать» Симеона и его коллег с помощью аналогии. Для лентяев и лежебок, к коим отношу себя, довольно странным кажется поведение спортсменов. Вместо того чтобы лишний час понежиться в теплой постельке, они ни свет ни заря ежеутренне устраивают длительные пробежки, сопровождая их поднятием тяжестей, и еще вдобавок изнуряют себя диетами. Ну, дескать, скажет лежебока, это как-то еще можно объяснить. Спортсмены и физкультурники пекутся о своем здоровье, хотят быть сильными, подтянутыми и кудрявыми. Хотя они, конечно, не от мира сего.
Святые подвижники тем более не от мира сего и тоже пекутся, но не о физическом здоровье, а о здоровье своей бессмертной души.
"Литовский курьер" №37 (759)
Войти