Просвещение

* * *

Запретный плод – такой прекрасный

И замечательный на вид…

А голос змея с тихой лаской,

Волнуя, дивное сулит.

 

– Тогда вы станете, как боги,

И, зная, Бог пугает вас.

А смерть… нет, смертью не умрете,

Но лишь прозреете тотчас.

 

– Ведь любит Бог, – в уме мелькнуло,

Но плод так сладостно манил…

Любовь обидой оттолкнула –

Зачем Он плод нам запретил?

 

И вот уже рука хватает,

И сок струится по устам.

– Адам, возьми, – и тот вкушает,

Забыв запрет, вкушает сам.

 

– Ты будешь бог, – глаза открылись,

Но нет, не богом стал Адам.

Покрова Божьего лишились

И ощутили боль и срам.

 

Бежали в чащу, чтоб укрыться,

Но страх прирос уже к сердцам.

Он гнал и гнал, чтоб не открыться

Отца всевидящим очам.

 

– Адам, где ты? – не Обвинитель

Перед Адамом вдруг предстал,

Но сына ищущий Родитель –

Бог покаянья ожидал.

 

– Не ел ли ты? – Проси ж прощенья!

Но как безумный стал Адам.

Он Богу ставит обвиненье

В грехе, который сделал сам.

 

И лишь тогда Судья всесильный

Из Рая грешников изгнал.

Рабы греха, и прах могильный

Отныне жизнь их увенчал.

 

Но в милосердьи бесконечном

Обетованье Бог им дал,

Что рабство их не будет вечным,

И луч надежды засиял.

 

Родится в мир Потомок Евы,

Главу греха Он сокрушит,

Засеет землю новым севом,

Людей для Вечности взрастит.

Ольга Янушкявичене