Просвещение

  • Макарий, Архиепископ Литовский и Виленский

Аще забуду тебе, Иерусалиме, забвена буди десница моя, прильпни язык мой гортани моему, аще не помяну тебе. (Пс. 136:5-6). (р.п. Если я забуду тебя, Иерусалим, – забудь меня десница моя; прилипни язык мой к гортани моей, если не буду помнить тебя)

Слова из этой трогательной песни, в которой выражали скорбь свою об отечестве сыны Израиля в плену Вавилонском, – слова, показывающие, до какой степени они любили свой родной Иерусалим и как желали памятовать о нем непрестанно. И благодетельно было для Израильтян это памятование: оно ободряло дух их среди бедствий и скорбей тягостного плена; оно возбуждало их хранить веру отцов и благочестие среди идолопоклонства и нечестия Вавилонского, и тем заслужить милость Божию и возвращение в отечество. О, если бы, братия-христиане, и мы так же пламенно любили нашу горнюю отчизну, так же непрестанно памятовали о небесном Иерусалиме в продолжении всего нашего греховного плена на земли! Нет сомнения, что и для нас в высшей степени было бы благотворно это памятование.

Многоскорбна наша земная жизнь. С воплем и слезами мы являемся в мир, как бы предчувствуя, что ожидает нас здесь. Нерпиязненные действия стихий окружающей нас природы, бесчисленное множество болезней, всякого рода нужды и утраты, несбывшиеся надежды, неудавшиеся предприятия, взаимная зависть, ненависть, вопиющая клевета, притеснения, гонения, – и возможно ли перечислить все виды зол, какие терпим мы от колыбели до гроба? С другой стороны, когда обратимся к самим себе и заглянем поглубже в собственную душу: что там? Мы увидим в ней силы, приметим потребности, удовлетворения которым непрасно ищем в настоящей жизни. Ум наш жаждет истины, старается познать, что такое все эти вещи, составляющие мир, что такое мы сами, откуда все, как и для чего? И часто, после многолетних трудов и всевозможных усилий, приходит только к горькому убеждению, что истина для нас почти недоступна. Сердце наше жаждет счастья и блаженства, и мы стремительно бросаемся на те радости, какие представляет нам мир. Но скоро следует разочарование: удовольствия мира увлекают нас только на миг и затем производят в нас еще большую пустоту и томление, и часто вливают в душу греховный яд, лишают ее последнего спокойствия, и бедное сердце остается обманутым. Что же делать нам под гнетом земных бедствий и при неудовлетворимости всех высших потребностей нашего духа? Где искать для себя одобрения и подкрепления? Ищите, и вы всегда найдете их в размышлени о горнем отечестве. Помните постоянно, что земля для нас ныне есть страна чужая, место изгнания, что мы здесь в нравственном плену, в продолжении которого неизбежны для пленников всякого рода страдания, и внешние, и внутренние. Помните, что есть другой мир, где мы будем жить вечно, где не будет ни бедствий, ни скорбей, и где найдем мы полное удовлетворение для всех наших высоких потребностей. Там ум наш узрит истину лицом к лицу, а сердце будет наслаждаться из самого источника неизсякаемого блаженства. Освещайте всегда вашу мрачную земную жизнь светлой мыслью о небесном Иерусалиме – и жизнь эта сделается для вас менее тяжкой, менее горестной.

Трудно, иногда крайне трудно для нас соблюдать святую веру и заповеди Божии. Мы любим добро по самой своей природе и желали бы творить его, но, зачатые и рожденные во грехах, чувствуем в себе недостаток нравственных сил. Зла мы не любим и не желаем по природе, между тем, неудержимо влечемся к нему прирожденной нам порчей. В то же время, вокруг себя мы встречаем почти на каждом шагу всякого рода искушения и соблазны. Сколько нужно борьбы с собой, сколько усилий, сколько самоотвержения, чтобы, при помощи Божией, оставаться нам верными голосу совести и Евангелия! И, однако же, были люди, которые оставались им верными, которые достигали даже высших степеней христианского совершенства. Мы удивляемся святым апостолам, которые, покинув дома и все, что имели, пошли следом за Христом, и не обращая внимания ни на какие бедствия, им предсказанные, обошли весь мир с евангельской проповедью, перенесли бесчисленные лишения, труды, гонения, муки, и запечатлели свою проповедь собственной кровью. Изумляемся святым мученикам всякого возраста и пола, которых ни отнятие имущества, ни обольщения со стороны мучителей, ни пытки и сами нечеловеческие истязания, ни все виды смертей, не могли отклонить от веры Христовой. Мы благоговеем перед высокими подвижниками христианства, удалявшимися в глубокие пустыни и проводившими там целые десятки лет в непрестанном посте, молитве, самоумерщвлении. Чем же руководствовались и воодушевлялись все эти люди, завещавшие нам образцы приверженности к святой вере и благочестию? Они руководствовались мыслью о горнем отечестве, одушевлялись любовью к нему. Они твердо помнили, что мы не имеем здесь постоянного града, и потому искали будущего (Евр. 13:14). Они желали освободиться от тяжкого нравственного плена, в котором мы томимся здесь – и не жалели никаких жертв, никаких трудов, чтобы только возвратиться на родину, достигнуть небесного Иерусалима. В этой сладостной мысли и памятовании о горнем отечестве, в этой любви к нему должны искать и мы для себя возбуждения и подкрепления среди всех подвигов веры и благочестия, каких требует от нас Евангелие.

Повторим же, братия мои, ту страшную и священную клятву любви к отечеству, которую произнесли некогда сыны Израиля в плену Вавилонском, стремясь мыслями в свой престольный град – Иерусалим. Да скажет каждый из нас в глубине души своей, обращаясь мысленно к горнему Иерусалиму: если я забуду тебя, Иерусалим, – забудь меня десница моя; прилипни язык мой к гортани моей, если не буду помнить тебя. Аминь.

Святитель Макарий, Митрополит Московский. Слово в неделю мясопустную, сказанное в Покровской церкви архиерейского дома 7 февраля 1860 года.

"Собрание слов и речей Макария, архиепископа Литовского и Виленского". С.-Петербург. 1869 г.