Просвещение

Внимание: в указанном каталоге НЕТ изображений. Пожалуйста, проверьте каталог!

Отладка: указанный каталог - http://www.pbl.lt/images/vstreca/2007/03/05

Однажды, давным-давно, одна маленькая девочка по имени Алиса, знакомая замечательного математика и писателя Чарльза Латуиджа Доджсона, больше известного под псевдонимом Льюис Кэрролл, сказала очень умную фразу о том, что книжки без картинок, или хотя бы без разговоров, – книжки неинтересные. Конечно, это особенно актуально для детской и вообще художественной литературы. Но мне кажется, что и серьёзная историческая литература, если не без иллюстраций, то без судеб, описаний, образов, заставляющих работать наше воображение, рисующее иллюстрации к прочитанному, уж точно немыслима. Вышедшая недавно книга Альгимантаса Мутураса яркий тому пример.

Книга «О чём звонят церковные колокола…», изданная в 2006 г., замечательна по своему содержанию и, на мой взгляд, чрезвычайно актуальна сегодня, когда возникает много разговоров и теорий касательно роли и места русскоязычных в Литве в наше время и в недалёком прошлом. Автор тепло и с сопереживанием описывает судьбы целых диаспор и отдельных русскоязычных людей, живших в Мажейкяйском крае в период с XIX-е по XX-е столетия, начиная с Польского восстания 1863 г. и кончая, в основном, Второй мировой войной. Он рассказывает также истории жизни школ и церковных приходов этого края, подробно останавливаясь на важных деталях и значимых событиях, происходящих в них. В общем-то, Альгимантас Мутурас не претендует на признание его труда научным, он просто обработал и изложил жизненные факты, воспоминания и мнения людей, очевидцев и современников некоторых событий. Но именно это и оживляет содержание книги – судьбы, воспоминания, записанные со слов тех, кто был непосредственным участником событий. Цель издания, как пишет сам автор, «напомнить читателю, что и в Мажейкяйском крае жили и живут люди другой культуры. Жившие при Векшняйском приходе русскоязычные, надо думать, проделали немалую экономическую и культурную тропу для жизни края» (Авторское слово. Перевод диак.О.). Эта цель, несомненно, достигнута. После прочтения книги вырисовывается чёткая картина о том, как литовцы и русскоязычные вместе жили, переживали и решали одни проблемы. «Русскоязычные жители, родившиеся и выросшие в нашем крае до Второй мировой войны, прекрасно интегрировались в литовскую среду. Они поддерживали и поддерживают проводимую Литвой политику независимости. Они… поддерживают с литовцами нормальные отношения и не чувствуют себя дискриминированными» (стр. 118).

Единственный, мне кажется, серьёзный промах автора в том, что он перед изданием не проконсультировался с представителями Русской Православной Церкви в Литве. А ведь господин Мутурас много пишет о приходском устройстве, используя соответствующие понятия не всегда корректно. По крайней мере, две главы из его книги («Несколько страниц из истории Мажейкской церкви» и «О чём рассказывают церковные колокола») посвящены жизни приходов. В частности, например, сан протоиерея отождествляется с понятием «духовник прихода», хотя любой священник: иерей, протоиерей, архимандрит и т.д. – является духовником свого прихода. Или ещё, на стр. 167 Митрополит Виленский и Литовский называется почему-то Митрополитом Каунасской Православной церкви. Таким титулом в церковной сфере обычно кратко именуются главы автокефальных (самостоятельных) Церквей. Если же имеется ввиду митрополит каунасского храма, то это тоже некорректно. Глава храма именуется настоятелем. Митрополит же возглавляет епархию. По-видимому, много «ляпсусов» закрались в текст из-за перевода. На стр. 176 читаем: «В 1354 г. Волынского епископа Сергия посвятили в святые…», что для уха церковного человека звучит абсурдно и, несомненно, вызывает недоумение. В то же время в литовском тексте в том же месте (стр. 60) написано без «ляпа», что в 1354 г. Волынский епископ посвятил (рукоположил) Сергия во священника. Подобных ошибок, а также опечаток и некорректностей в тексте достаточно много, так что, несмотря на актуальность книги и её удачность, издатели всё-таки поторопились с выходом этого опуса.

Хочется ещё сказать несколько слов по поводу реформы патриарха Никона. Его правление – это достаточно сложный и неоднозначный период в жизни Русской Православной Церкви и Российского государства. Поэтому, когда господин Мутурас резкими взмахами кисти в трёх-четырёх фразах вырисовывает нам портрет патриарха, как некоего изувера, деспота – и только, и одним небольшим абзацем описывает ситуацию в России в начале второй половины XVII столетия, это выглядит, по меньшей мере, дерзко и некорректно. Святейший Никон был очень неординарным человеком и сделал много хорошего. Что касается реформы Церкви, о которой нам на стр. 111 повествует Альгимантас Мутурас, то это не совсем точное определение. Реформу церкви осуществили Лютер, Цвингли, Кальвин, т.е., изменили что-то принципиально важное, догматическое, без чего Церковь не может оставаться прежней. Патриарх Никон не реформировал Церковь, он провёл всего лишь церковную реформу: в основном исправил те ошибки, которые были допущены при переписке и переводе с греческого языка церковных книг, но принципиально существенного он ничего не менял. Довольно резкая попытка ввести в жизнь исправленное привела к возмущениям, поскольку это коснулось традиций, которые многие по-фарисейски свято блюли. Настоящий же раскол произошёл после Собора 1666 г. Царская власть действительно преследовала старообрядцев, но не Церковь. Не было церковной инквизиции, пыток и мучительств со стороны Московского Патриархата. Были призывы к примирению, отлучения от Церкви, взывания – и только. Действительно же преследованием занимались государственные учреждения. Почему? Дело в том, что старообрядцы объявили, что пришло время антихриста, настали последние времена, времена подмен. Это значит, что Стоглавый Собор 1666 г. неправильный, иерархия церковная неправильна и служит интересам антихриста, прикрываясь благими словами; и Российский Царь – ложь, а значит, ему нельзя подчиняться. Вот за эти антигосударственные речи и преследовали старообрядцев. Хотелось бы, чтоб в будущем последующие писатели более тщательно следили за корректностью того, что они пишут, чтобы не надо было исправлять.

В заключение хочется поблагодарить господина Мутураса за замечательную книгу и приятное прочтение, которое я пережил. Но всё-таки, как мне кажется, необходимо каким-то образом исправить данное издание, или хотя бы выпускать его с указанием в конце книги опечаток, ошибок и неточностей, потому что они действительно несколько омрачают впечатление о книге.

Диакон Олег Шляхтенко,
клирик Вильнюсского Свято-Духова собора